НАВЕРХ

Шестьсот лет у печи, или История одной династии

Валерий Баранчиков
Фото: © Sibnet.ru
В серое от туч небо взмывают «башни» цементного завода. С территории доносится гул — огромные барабаны измельчают твердую породу в пыль. Валерий Баранчиков идет к пропускному пункту по дороге, на которой за 55 лет работы изучил каждую ямку. Он — один из представителей династии, чей совокупный опыт работы на заводе достиг 632 лет.

Возле проходной завода — одноэтажное здание заводского музея. Валерий Александрович у входа в музей здоровается с уже бывшими коллегами. Сейчас он на пенсии, но сюда приходит с удовольствием — принести семейную фотографию для архива, на праздниках поговорить с молодыми сотрудниками или выпить чашку крепкого чая, приправленного неспешной беседой. 

В руках синяя пластиковая папка. В ней «шпаргалки» с перечнем многочисленных родственников, чтобы самому не запутаться во время рассказа о рабочей династии. Это 36 человек, которых на протяжении десятилетий тянула к заводу какая-то невидимая сила.

За землей и свободой

Рабочая династия началась с деда Валерия Александровича — Василия Терентьевича Баранчикова. Он приехал в Сибирь в 1912 году из Рязанской губернии, когда из центральной России мечтали уехать на сибирскую вольную землю. «Двигалось все, строилось, и были свободные земли», — объясняет поступок деда Баранчиков.

Основатель рабочей династии Баранчиковых Василий Терентьевич
Василий Терентьевич Баранчиков
Фото: © предоставлено пресс-службой АО «Искитимцемент»

Людям, снявшимся с земли, в Сибири нашлось дело сначала в сельском хозяйстве. А потом «пришли Советы». Глобальные стройки прогрессивного времени добрались и до глухого уголка в Сибири. В 1927 году здесь нашли залежи породы для производства цемента. Так начинался завод.

Казалось бы, какое применение найдет на заводе работник конюшни? Но именно его руки тогда были нужны. Требовалось много ремней для производственных линий, и навыки изготовления упряжи пришлись кстати.

«Он же был шорником. Раньше завод-то, когда запустили его, он же работал — двигатель и механизм, редукторов тогда не было. На механизме огромное такое колесо, на двигателе — маленькое колесо и через ременные передачи передавалось на механизм», — волнуясь, описывает Валерий Александрович.

Цементный завод в Искитиме ввели в эксплуатацию в 1934 году. Тогда он выпускал 200 тысяч тонн цемента в год. Сегодня его производственная мощность — 2,1 миллиона тонн.

Василий Терентьевич пришел на завод в начале 30-х годов прошлого века, а за ним потянулась семья. Из шести его детей на производство пришли четверо, через поколение в цехах работали его внуки, а затем и правнуки.

«Заполонили завод»

Уже в 1962 году, когда молодой Валерий Александрович работал на подстанции помощником дежурного, в ночь запускали печь для обжига. Первый поворот, и громадный барабан остановили. Требовалось еще полчаса для прогрева верха печи.

Тогда на телефон диспетчерской поступил звонок. Трубку взял молодой помощник дежурного Валерий Баранчиков и услышал возмущенный голос директора:

— Почему печь стоит? 
— Дали приказ запустить через полчаса.
— А кто такой дурной приказ дал?
— Главный энергетик.
— А уже с кем это я разговариваю?
— Дежурный по подстанции Баранчиков.
— Какой это еще Баранчиков? Эти Баранчиковы весь завод заполонили!

Этот эпизод Валерий Александрович вспоминает со смехом: «Представляете? Заполонили. Это самая точная характеристика того, какой большой была наша династия».

Синяя папка со шпаргалками во время беседы так и остается лежать на гладкой полированной поверхности стола в музее. Валерий Александрович, кажется, совсем забыл про нее, увлеченно вспоминая все детали без подсказок.

«Отец жил на заводе»

Пока рос завод, вокруг него росли и дома, рождались улицы. И одну из них почти полностью заселила большая семья Баранчиковых.

«Вот улица Кирова называлась, прямо от завода она идет до железнодорожного вокзала. Отец первый поставил тут домик, напротив Елена поставила домик. За углом построил Алексей. Дмитрий построил на Советской. Получается, что и работали вместе, и жили вместе», — рассказывает Валерий Александрович.

Начинали строить цементный завод крестьяне ближних деревень. А когда на производство потянулись рабочие из других городов, встал вопрос о жилье. Так вместе с заводом росли дома и город.

Сам Валерий Александрович всегда знал, где будет работать и не сомневался в выборе. Даже в детстве любимой дорогой был путь на завод к отцу: «Я пацаном тогда маленьким был. Мать соберет картошки, хлеба, капусты, говорит: "Тащи ему". И я ходил и носил отцу».

Жили тогда, как все, без излишеств, хотя некоторые нетипичные для того времени вещи в доме все же были. Например, телефон. Представить сейчас, что значил в 50-х годах в Искитиме телефон, наверное, сложно. Но тогда, горячо объясняет Валерий Александрович, телефона не было даже у заместителей директора. 

«Потому что отец был механиком. Раньше если что-то ломалось, нужно было все делать вручную. Вот и стоял телефон, отца могли вызвать в любое время. Большую часть своей жизни отец жил на заводе», — вспоминает собеседник.

Валерий Баранчиков и Павел Матвеев
Фото: © Sibnet.ru

Сначала ушла мать Валерия Александровича, а затем в 1982 году умер отец. После его смерти постепенно ушли в прошлое семейные посиделки, веселье в гостях у сестры-брата. Исчез центр притяжения большой семьи. Но остался еще один магнит, притяжение которого преодолеть не получается почти ни у кого из Баранчиковых.

«По крови передается»

Павел Матвеев — племянник Валерий Александровича и представитель пятого поколения Баранчиковых на заводе. Устраиваться на цемзавод в юности вообще-то не планировал. Жил с родителями в Линево, а дальше «все как-то так получилось».

Окончив искитимский филиал Новосибирского монтажного техникума, получил профессию газовика. С ней и пошел сначала на завод в Линево. А потом на заводе стало «туго». 

Но даже в непростое время мыслей о переезде далеко от дома у Павла не было. И решение пришло само собой — на цемзавод. «Оно по крови, видимо, передается. Где-то, что-то…», — разводит мужчина руками.

На цемзаводе тогда работал его дядька, к нему Павел и пошел на собеседование. В цеху родственник, увидев младшего представителя династии, окинул племянника «воинственным взглядом». Стало ясно — семейных поблажек не предвидится.

«Я когда пришел все говорили: "Ага! Принял родственничка, сейчас начнутся поблажки". Но не тут-то было. Учился, как все. И постоянно рос. Отработал помощником, потом встал "на печку", по всем сменам прошел, учился у старых машинистов. Сейчас замначальника по технологии в цехе обжига», — рассказывает Павел.

Дядя учил племянника в усиленном режиме, требовал вдвойне и за промахи не щадил. Каждое утро у молодых стажеров начиналось с суровых наставлений. Сейчас, признается Павел, в цехах очень не хватает этого прочного, как цемент опыта стариков.

После ухода на пенсию Валерия Александровича из представителей династии Баранчиковых на заводе осталось пять человек, самые молодые  — Павел и его двоюродный брат.

«Приходят ребята молодые. Честно сказать, что искорки в глазах нет. У одного из трех глаза горят. Но кто-то все-таки приходит и им хочется передать уже свой опыт. Как говорится, обжиг у нас сердце завода», — признается представитель династии.

Вот и приходится младшему из самой большой династии на заводе: «Держать марку перед молодежью». На этой фразе Валерий Александрович, повернув голову к племяннику улыбается, и шутливо грозя пальцем, говорит: «Попробуй не подержи!»

«Коль, давай не про работу»

Оба представителя огромной рабочей династии говорят, что даже после ухода  старшего поколения Баранчиковых осталась некая центробежная сила, которая словно подхватывает людей и крутит их судьбы вокруг завода. Именно она не дала оторваться от места и в лихие 90-е.

«А куда было бежать? Я работал тогда начальником цеха. У меня же людей под 100 человек было. Говорили: "Александрыч, вот туда предлагают". А всегда говорил: "Давайте надеется на лучшее. Сегодня плохо, завтра будет лучше". Кое-кто уходил, а все равно потом приходили назад», — вспоминает Валерий Александрович.

Мочить и жечь: как работает цементный завод

Но даже те, кто ушел когда-то, или уходит сейчас — в силу возраста, семейных обстоятельств или здоровья, не могут отпустить завод.

«Мы живем рядом с машинистом, который ушел на пенсию. И вот прихожу к нему, сидим. Он спрашивает: "Что у вас там нового по работе?". Я говорю: "Коль, давай только не про работу". Он сначала не спрашивает, а потом все равно: "Что у вас там на работе-то веселого?"» — передает детали беседы с соседом Павел.

И уже поневоле вспоминаются забавные истории, и, как говорится, понеслось. Павел признается, даже если очень не хочется, не говорить о работе не получается: «О любимом, о заводе словечко-то замолвишь».

Их район относится к цементному заводу, здесь все свои. Город, вообще, поделен на районы, связанные с заводами — «там с шиферного живут, там с железобетонного». И в каждом округе есть люди, привязанные к «своему» заводу такой же центробежной силой. Только жалко, что все чаще уезжают молодые, грустно констатирует Павел.

В 1939 году население Искитима насчитывало 14 тысяч человек, далее оно стремительно росло. Самая большая численность пришлась на 1992 год — более 69,2 тысячи человек, а потом началась убыль. Сейчас в городе живет немногим более 55 тысяч человек.

Но и они порой возвращаются. Павел не знает, что толкает их назад. Но рассуждает — может быть неудачи в большом мире, а может быть, все же тянут «магниты» семьи, заводов и небольшого города в глубине Сибири...

Еще по теме
Шведам запретили назвать сына Владимир Путин
Студенты помогли Агафье Лыковой подготовиться к зиме. ВИДЕО
Родителей обязали выплатить сыну компенсацию за выброшенное порно
«В голове дыра»: почему молодежь не занимается политикой
смотреть все
Обсуждение (0)