«Альпийские» топоры в эпоху неолита (новокаменный век) часто делали и переделывали в разных регионах Европы и в разное время, поскольку они обладали высокой обменной «стоимостью» и выполняли роль примитивной «валюты», считают археологи из Автономного Университета Барселоны.
Хорошие каменные топоры в период неолита — это вопрос выживания. Мастера, которые их делали, всегда знали, где и какой камень можно достать, чтобы получить топор получше. Как правило, сырье для этих орудий приносили из мест, расположенных недалеко — в радиусе 200 километров от мастера, редко — около 400–500 километров, пишет «Наука и жизнь» со ссылкой на Journal of Archaeological Method and Theory.
Но есть в этом правиле есть заметное исключение: некоторые топоры делали из пород, добытых в Альпах, и такие орудия находят иногда на расстоянии более тысячи километров от этой горной цепи: в Северной Европе, Андалусии, на юге Испании и на Балканах.
«Альпийские» топоры довольно часто делали и переделывали в разных регионах Европы и в разное время, поэтому они не могли иметь символическое и культовое значение. В то же время в столь широком распространении орудий из Альп не было и прямой экономической выгоды. Тем не менее, они, скорее всего, обладали высокой обменной «стоимостью».
На нее могли повлиять несколько факторов. Так, «альпийские» камни, как показали современные эксперименты, очень устойчивы к трению и разрушению. Поэтому орудия из них можно не только долго использовать, но и много раз переделывать.
Вероятно, их высокая обменная «стоимость» складывалась не только из высокого качества камня, но и из того, сколько усилий мастера потратили на их изготовление, сколько раз эти топоры ремонтировали и переделывали, прежде чем они переходили из одного сообщества в другое.
То есть в основе «стоимости» «альпийских топоров» — затраты труда. Нечто подобное Адам Смит, один из основоположников экономической науки, описывал, когда говорил об Англии XVIII века.
Хорошие каменные топоры в период неолита — это вопрос выживания. Мастера, которые их делали, всегда знали, где и какой камень можно достать, чтобы получить топор получше. Как правило, сырье для этих орудий приносили из мест, расположенных недалеко — в радиусе 200 километров от мастера, редко — около 400–500 километров, пишет «Наука и жизнь» со ссылкой на Journal of Archaeological Method and Theory.
Но есть в этом правиле есть заметное исключение: некоторые топоры делали из пород, добытых в Альпах, и такие орудия находят иногда на расстоянии более тысячи километров от этой горной цепи: в Северной Европе, Андалусии, на юге Испании и на Балканах.
«Альпийские» топоры довольно часто делали и переделывали в разных регионах Европы и в разное время, поэтому они не могли иметь символическое и культовое значение. В то же время в столь широком распространении орудий из Альп не было и прямой экономической выгоды. Тем не менее, они, скорее всего, обладали высокой обменной «стоимостью».
На нее могли повлиять несколько факторов. Так, «альпийские» камни, как показали современные эксперименты, очень устойчивы к трению и разрушению. Поэтому орудия из них можно не только долго использовать, но и много раз переделывать.
Вероятно, их высокая обменная «стоимость» складывалась не только из высокого качества камня, но и из того, сколько усилий мастера потратили на их изготовление, сколько раз эти топоры ремонтировали и переделывали, прежде чем они переходили из одного сообщества в другое.
То есть в основе «стоимости» «альпийских топоров» — затраты труда. Нечто подобное Адам Смит, один из основоположников экономической науки, описывал, когда говорил об Англии XVIII века.
