Из детдома в роддом: день в центре для «непутёвых» мам

На прошлой неделе в Красноярском крае собаки загрызли брошенного матерью младенца — сообщения о подобных страшных историях появляются в Сибири регулярно. Корреспонденты Sibnet.ru побывали в центре, где живут женщины и малыши, которых спасли от похожей судьбы.

Тихие зелёные дворы между улицей Богдана Хмельницкого и парком «Сосновый бор» в Новосибирске — целое царство детсадов, школ, домов творчества и подобных учреждений. Но одно из типовых зданий особое — это временный дом для тех, у кого жизнь сложилась не совсем гладко.

Центр социальной помощи «Радуга» — единственное в Новосибирской области государственное учреждение, которое стационарно помогает молодым матерям, попавшим в трудные ситуации, и их детям до трёх лет. Он работает уже седьмой год.

Центр считается одним из крупнейших в стране, рассказывает директор учреждения Татьяна Кострыкина. Он рассчитан на 38 человек — 20 мам и 18 детей (учитывая то, что многие находятся здесь во время беременности, но есть и те, у кого ребёнок не один).


На входе в «Радугу» охранник с журналом, в котором каждая из жительниц центра должна записывать свои перемещения за территорию, ящики с бахилами и портреты чиновников.

«Наша идея — нужно что-то делать, чтобы в детских домах было меньше сирот. Работаем на раннем уровне — когда выясняем, что будущая мама осталась одна, без средств в существованию, поддержки будущего отца… Она принимает решение, что ребёнок ей не нужен. Тут включаются психологи», — поясняет собеседница.

Речь идёт и о сотрудниках женских консультаций, куда беременные приходят на аборты, и о роддомах, где новоиспечённые мамы заявляют о желании отказаться от детей. Бывает так, что в центр попадают те, кто оставил ребёнка себе, но не справляется с воспитанием.

«Бог дал — поднимем»

Людмиле 41 год (имена героев публикации здесь и в дальнейшем изменены). Всю жизнь она провела в интернатах — сначала росла, попав туда из неблагополучной семьи, потом осталась работать уборщицей. Женщине было уже за 30, когда она познакомилась с будущим мужем — он отбывал наказание в колонии. 

«Девочке звонили, она говорит — хочешь, тебя познакомлю с мальчиком? Ему лет 15 сидеть было (общий срок). Так симпатичный, понравился по виду. Ездила к нему. Так он нормально относится», — говорит Людмила.



Она общалась с заключённым семь лет, за это время у пары родилась дочь Лера — скоро ей будет два. Отец малышки недавно освободился, но живёт в деревне без удобств и работу найти не может. Сотрудники отдела опеки посчитали, что Людмила с дочкой одна не справится, и направили мать с ребёнком в «Радугу». Но оказалось, что скоро у Леры будет брат или сестра.

«Муж говорит — ой, не надо второго. Я говорю — Господь Бог дал, подымем детей. В 39 лет только (первую) родила, думала, вообще детей не будет… Так хоть вместе играть будут», — делится Людмила.

В социальном центре её научили, как встать в очередь на жильё, которое ей положено от государства как сироте. Это ещё одна важная задача «Радуги» — не только оставить мать вместе с ребёнком, но и показать, как жить дальше, когда нужно будет идти в детский сад и на работу.

Признаки иждивенчества

Минимальный срок нахождения в центре — полгода, но многие живут здесь годами в ожидании, пока им будет куда пойти и как обеспечить себя. Многие во время жизни в «Радуге» получают образование — хватает тех, кто рожает детей, не окончив и девяти классов. 

Также учреждение, в отличие от подобных негосударственных, предоставляет женщинам и детям регистрацию — это нужно, чтобы получать пособия, медицинское обслуживание, право пойти в детский сад.

«Шесть месяцев — оптимальное время, чтобы что-то вложить в головы, бывает, непутёвых мам. Больше — некий перекос, признаки иждивенчества появляются», — признаёт директор Татьяна Кострыкина.


Жительниц «Радуги» шестиразовым питанием и средствами гигиены обеспечивает государство. Такие вещи, как одежду и детские игрушки, в большом количестве приносят благотворители — по словам директора, женщины могут выбрать ту одежду, которая им нравится.

Но обеспечить чистоту вещей, помещений, а также приготовление еды — уже задача самих подопечных центра. Это делается, в первую очередь, чтобы приучить их ухаживать за собой, поясняет Кострыкина. Многие попадают в центр из таких условий, что даже не знают элементарных правил гигиены.

На стенах аккуратных комнат, где мамы живут по двое, висят листы с распорядком дня. С этим всё строго, свободного времени практически нет — в основном потому, что мамы обязаны заниматься со своими детьми, несмотря на то, что в центре работают профессиональные педагоги.

«Режим дня, в первую очередь, подстроен под ребёнка. Мамино "хочу" — например, "хочу поспать до обеда" — не должно быть на первом месте», — объясняет руководитель центра.

Самостоятельные уборка и приготовление еды очень важны ещё и из-за чувства коллективизма, уточняет собеседница. Женщин в центре учат домоводству, но практика имеет большее значение.

«Когда ты три раза учишься варить щи — это одно. Когда тебе три раза коллектив в нелицеприятной форме сказал, что это варево есть не будет — совсем другое», — улыбается директор.

«Где-то, с кем-то, без родителей»

В холле на втором этаже «Радуги» висит огромный плазменный телевизор, но его не включают — шумно и весело и без того. Женщины помогают друг другу присматривать за детьми. Но и... устают от общества друг друга, признаётся 36-летняя Наталья.

«Я снимала жильё, работала, думала, что вообще детей не будет. Было в планах жить, работать. А тут забеременела первый раз, узнала про «Радугу», приняли сразу же. Месяц собирала справки, пришла сюда, и всё… Конечно, хочется жить отдельно, но пока вот так», — говорит она.

Сыну Натальи Артёму — всего три месяца. С отцом ребёнка она совместного будущего не планирует. Наталья хочет устроиться на любую работу, «куда возьмут», а вот малыш, по словам женщины, в её мечтах — обязательно спортсмен или военный. Это тот мужчина, на которого она сможет рассчитывать.

Некоторые, рассказывает директор «Радуги», уезжают отсюда не на съёмное или государственное жильё, а устраивать свою жизнь к знакомым, которые готовы принять их с детьми.

Но тех, кто позже возвращается, немало, признаёт она — примерно каждая пятая. Есть и те, кто сами покидают центр из-за конфликтов или грубых нарушений (на территории нельзя, например, курить, употреблять алкоголь), и в итоге устраиваются в другое подобное учреждение, потом в следующее — так и живут. 

Но большая часть подопечных «Радуги», по оценке администрации, около 65-70% — это всё же воспитанницы детских домов, которые сами пережили трудное детство. Из таких, например, и Алина, но её история сложнее.«Лучше в теплотрассу»: как живётся в доме для бездомных

Мать девочки лишили родительских прав, когда та была уже подростком. Но пожить в детском доме Алина толком не успела — в 14 лет попала в социальный центр, так как забеременела от своего друга, который на четыре года старше.

У молодой мамы — большие накрашенные глаза, ярко-розовые ногти, платье в цветах. Словом, обычная девятиклассница. На вопросы об отце Виктории, которой скоро исполнится год, Алина отвечать не любит. «Ничего, в ссоре мы с ним», — говорит девушка.

Она признаётся — в «Радуге» её научили всему, чего девушка не умела дома — не только готовить и убирать, но и ухаживать за малышкой. Алина хочет окончить школу и выучиться на штукатура-маляра, но главная её мечта — другая.

«Я больше всего хочу, чтоб моя дочь, ну… Чтобы, короче, у моей дочери не было такого, как в моей жизни было. Чтобы она не оказалась где-то, с кем-то, без родителей, сидела и думала — где мама? Где папа? Чтобы, ну, всегда была с нами», — Алина смотрит в пол, еле подбирая слова и сдерживая слёзы.

Хэппи-энд бывает?

Чуть дальше от холла по коридору — игровая комната. Здесь с малышами занимается педагог, но, по словам Татьяны Кострыкиной, недавно в «Радуге» придумали проект мини-детсада, где женщины учатся не только следить за своими малышами, но и помогать другим.

Во дворе «Радуги» — яркая детская площадка, которую по гранту предоставила крупная торговая сеть.

Нам пора уходить, но внизу нарезает круги высокий молодой человек в камуфляжном костюме с забинтованной головой. Мимо него пройти сложно.

Оказывается, это отец Вики. Арсению 19, он работает грузчиком на овощебазе в области и приехал, чтобы всё-таки помириться с Алиной.

«Она сидела на остановке, ждала автобус, я ехал с работы, остановился, познакомились. Она позвонила мне на следующий день, мы встретились, заобщались… В итоге вот она забеременела. Я не отказался от неё, не сказал, что ты где-то с кем-то нагуляла, то есть я её принял и до сих пор… Когда она побоялась, что она в таком возрасте беременная, я пообещал, что не брошу. Вот уже третий год», — вспоминает парень.

Через пару месяцев он сможет забрать девушку и малышку к себе — когда Алине будет 16, пара сможет пожениться. Жильё Арсения уже проверили сотрудники отдела опеки.

«Приезжали, делали акт обследования. У ребёнка всё есть: отдельная комната, в которой стоят детская коечка, столик, игрушки, всё-всё. Никаких вопросов не появилось, они сказали, что молодцы, вот и всё», — рассказывает молодой человек.

С трудом верится, что такие истории могут заканчиваться хэппи-эндами. Но здесь говорят, что бывает, хотя... возможно всё. «Мы всегда говорим — если не сложится, мы тебя примем назад, это твой дом», — заключает директор «Радуги».


Фото: © Владимир Сараев, Sibnet.ru
Обсуждение (2) Добавить комментарий Мой профиль
ОБСУЖДЕНИЕ (2) Добавить комментарий