НАВЕРХ

По краю света на круги своя

Как стало принято в голливудских блокбастерах последнего времени, под маской занимательного сюжета в последних карибских «Пиратах» скрывается рассказ о человеческих чувствах.

На сей раз оказывается, что вся авантюрно-приключенческая заваруха с пиратами – ни что иное, как метафора отношений мужчины и женщины. Мало того, за основу ее была взята знаменитая легенда о «Летучем голландце». Но, обо всем по порядку, как пишут в таких случаях авторы всех приличных мистических романов о морских приключениях.

Итак, европейская цивилизованность наступает на свободный пиратский мир. Англичане во главе с лордом Бекеттом казнят и стар и млад за одно только подозрение в сговоре с пиратами. Невинные и виновные сотнями на наших глазах повисают между небом и землей на эшафоте. Мальчик, как раз возраста потенциальных зрителей фильма, начинает петь пиратскую песню за несколько мгновений до своего последнего вздоха. А герои полюбившейся эпопеи «Пираты Карибского моря» отправляются в свое третье путешествие. На сей раз основное время они проведут «На краю света».

Большая часть плавания наших старых знакомых, и правда, будет протекать где-то у неуловимой грани между жизнью смертью. Барбоса (Джеффри Раш), Элизабет (Кира Найтли) и Уилл (Орландо Блум) отправляются за Джеком Воробьем (Джонни Депп), чтобы освободить его из ловушки ужасного щупальцелицего капитана «Летучего голландца» Дэйви Джонса. Ловушка оказалась целым миром, в котором Воробей сам себе режиссер (и моряк, и капитан, и лоцман). Так что Джек не шибко скучает, общаясь с камнями-крабами, которых может любовно и со смаком облизнуть.

Кстати, разного рода натурализма и физиологии в третьих «Пиратах», как и в двух предыдущих частях, много. Мир, насквозь выдуманный, изо всех сил делают убедительным. Старая идея. Когда-то впервые ее опробовал Роман Полански в своих «Пиратах», ещё в 80-е годы. Тогда фильм посчитали неудачным. Через два десятилетия, позаимствовав «ноу-хау» у собрата польского происхождения, Вербински добился сногсшибательного успеха, насытив «Пиратов Карибского моря» всеми возможными сюжетными невероятностями, которых только душа пожелала. Ему поручили экранизировать диснеевский аттракцион (наш Мейерхольд когда-то брался поставить телефонный справочник), а потому любая вольность фантазии была позволена для внесения разнообразия в столь безнадежное предприятие.

В итоге, «Пираты Карибского моря: На краю света» оказались чересчур путаными, перенасыщенными сюжетными разборками, отсылающими к предыдущим частям, и вовсе невнятными поворотами действия, смысл которых так и остается до конца непонятен. Малышам на сеансе было откровенно скучно и взрослые с пятилетними чадами покидали зал, а те, кто постарше, напряженно всматривались в экран, пытаясь понять хоть что-то. По сравнению со второй частью, количество шуток и спецэффектов на минуту экранного времени уменьшилось, а искупающей все оригинальности так и не обнаружилось. Мельтешение в кадре на последних тридцати минутах фильма однообразно донельзя: стреляют из пушек, разнося все в щепки, рубятся на шпагах, скачут по реям и снова … взрывы, свист шпаг, пр. Герои обманывают героинь, а те в свою очередь обманывают героев. Предают и спасают, бросают и находят вновь. То же мельтешение, честно признаться.

Появление знаменитого гонконгского актера Чоу Юн Фата в роли китайского пирата и рок-н-ролльного кумира Кита Ричардса в роли капитана Тига дело не спасает. Последний вообще произносит один коротенький монолог и дальше повторяет единственную фразу, оправдывающую его рабское поведение. А сколько шуму было. Ричардс – герой, Ричардс то, Ричардс сё. Но получилось, что он просто «стал частью корабля» (так бормочет его персонаж), отработав свой хлеб скандальными высказываниями в СМИ, привлекшими еще больше внимания к фильму.

Трилогию венчает возвращение. И не на край света, а на круги своя, как и в первой части. Джонни Депп, он же Джек Воробей, плывет на суденышке, догоняя свою «Черную жемчужину», как всегда один по воле волн. А герои остаются каждый при своем. Кто-то ждет встречи, странствуя. Кто-то пиратствует. Не раскрывая главного, сошлемся только на безвестную для большинства оперу Вагнера «Летучий голландец», которая и послужила создателям трилогии о пиратах источником концепции, позволившей свести воедино основные сюжетные линии. Там у Вагнера как раз про человеческие отношения и было. Мужчина, будь он даже самим Дэйви Джоном, капитаном плавучего чудовища, обречен стремиться к женщине, окажись она даже богиней морей Калипсо, которая в свою очередь обречена вечно ждать случая освободиться.

Алексей Кожемякин,

кинокритик, член Союза кинематографистов России,

специально для www.sibnet.ru

Обсуждение (5) Добавить комментарий Мой профиль
ОБСУЖДЕНИЕ (5)
0
Добавить комментарий