НАВЕРХ

Шило о Шилке, дельфинах и партии, или Как построить крутой зоопарк

Фото предоставлено Новосибирским зоопарком
Фото предоставлено Новосибирским зоопарком

Зоопарк — не только одна из главных достопримечательностей столицы Сибири, но и регулярный поставщик сенсаций. Именно здесь родился гибрид тигрицы и льва, впервые в мире в неволе появились детеныши у выдры и многие другие малыши, которые в клетках обычно не рождаются.

О том, как из небольшого участка с клетками в центре города вырос нынешний зоологический сад, какую роль в карьере директора зверинца Ростислава Шило сыграло членство в партии и почему при всех заслугах новосибирский зоопарк финансируют меньше всего, Шило рассказал в интервью корреспонденту Sibnet.ru.

— В каком году вы пришли работать в зоопарк, в каком состоянии он тогда находился?

— Я пришел в зоопарк в 1962 году, год проездил на передвижном зоопарке, в 1965 году меня назначили завсекции млекопитающих. С 1967 года по 1974 год я исполнял обязанности директора зоопарка. Дело в том, что я не хотел вступать в партию, поэтому целых семь лет меня не назначали директором.

В 1974 году сказали, мол, или ты вступаешь в партию, или ты уходишь из зоопарка. Я подумал, что не хочу бросать зоопарк, лучше вступлю.

Зоопарк находился тогда в центре города напротив Центрального рынка на Гоголя, 15 и занимал территорию 0,84 гектара. Сначала на этом месте была автобаза, затем из нее сделали зоопарк, а в 1957 году он сгорел: удав перевернул плитку.

После этого зоопарк хотели закрыть, но передумали и приспособили для животных насыпные здания. В 1971 году разобрали деревянный планетарий в парке, я из него сделал зимний павильон...

— Когда зоопарк начал удивлять, поставил первые рекорды?

— Еще в старом зоопарке мы первые в мире получили потомство от выдры, харзы. И тогда к нам ездили смотреть специалисты из-за границы.

Первую научную статью я опубликовал в лондонском ежедневнике как раз о речной выдре. Я определил, что беременность у нее длится не 9-10 месяцев, как писали в научной литературе, а 58-72 дня, то есть не больше двух с половиной месяцев.

Уже в старом зоопарке у нас была одна из лучших коллекций кошачьих в мире, и сейчас она насчитывает 28 видов из 32-36 (по разным систематикам), обитающих в мире. Все живущие на планете кошки есть в зоопарке.

— Потомство выдры удалось с первого раза получить?

— Не сразу. Надо потрудиться, найти изюминку, и любой вид будет размножаться. Например, я выяснил, что меньшее пространство не влияет на размножение. Я занимался суточной активностью: рысь в шести квадратных метрах проходит 10-12 километров в сутки. Затем я с шагомером ходил за самкой и двумя малышами: они тоже в природе проходят 10-12 километров. Ограничение пространства не влияет на их подвижность.

Многие редкие виды, такие как азиатская дикуша (птица), аргали (редкий вид баранов), у нас размножаются...

— В чем эта изюминка?

— В зоопарке трудится хороший коллектив, потому и получается. Люди работают не ради денег, а ради удовольствия, в этом весь секрет. У нас размножается больше 200 видов животных каждый год. Это один из самых высоких индексов в мире по размножению.

— Есть секрет в подборе пар?

— Просто интуиция должна быть, любовь к животным. Надо знать биологию, понимать, что хочет данное животное. Так, белые медведи хорошо размножаются в неволе. У нас удачно подобралась пара молодых медведей, и когда Кай и Герда стали половозрелыми, начали размножаться.

Бывает, что животные не подходят друг другу, пара не складывается, здесь все бывает — как и у людей. Тогда ищется другая половинка животному.

— В советское время как власти помогали зоопарку?

— В Советском союзе было 44 зоопарка. В 1972 году я отказался от дотации в размере 12 тысяч долларов, доллар стоил тогда 98 копеек — это была незначительная сумма. Я единственный из директоров зоопарка перешел на хозрасчет и до 1991 года ни копейки не получал от государства и строил еще новый зоопарк.

В 2003 году последние животные переехали в этот зоопарк, и мы продолжили дальше строить уже на новой территории. Когда я только пришел работать, в зоопарке было 90 видов и 300 экземпляров, а в настоящее время — 738 видов, около 10 тысяч животных. 

— Как пополняется коллекция животных?

— Это целая проблема, есть международные программы, кураторы, племенная книга, программа, где зарегистрированы все особи, всем животным присвоены номера, чипы.

Мы долго не могли получить тайр (семейство куницеобразных), потому что наши ветеринарные требования не совпадали с английскими. Мы просили федеральные власти, чтобы они передали английскому правительству наши требования. Пока договорились, обменялись... Мы примерно 40-50 животных меняем каждый год.

При этом получаем в два-три раза особей больше, чем отправляем. Потому что нас любят люди за границей, и у меня есть те виды, которых нет ни у кого в мире. Например, аргали, азиатской савки на сегодня ни в одном зоопарке мира нет.

— Сейчас звезда зоопарка – маленькая белая медведица. Как вы отнеслись к тому, что горожане решили назвать ее Шилкой?

— Мне до лампочки как ее назвали, если честно, Шилка или Умка. Я не обращаю внимания на имя, главное, чтобы она была жива, здорова, чтобы попала в хорошие руки. Ее просят зоопарки Аргентины, Японии, Китая. Здесь она не останется, нет условий, чтобы можно было содержать две или три пары белых медведей. Надо сначала создавать условия, а потом оставлять. Тем более Герда на будущий год отдохнет, а потом, если все нормально будет, родит еще.

— Есть животные, которых не удается получить?

— Я хочу получить дельфинов. И к концу года, когда мы достроим дельфинарий, получу. Если найдем средства, около 30-40 миллионов рублей, то в октябре сдадим зимний павильон. В нем будут пингвины, мелкие обезьяны, крокодилы. Это 400 квадратных метров с водопадом, речкой, где животные будут свободно бегать.

— Появится ли в зоопарке жираф?

— На жирафа надо копить. Если мэрия, областное правительство или Владимир Путин дадут денег, тогда у нас появится это животное. Путин любит животных: есть программы по сохранению тигра, леопарда, белого медведя, им правительство выделяет деньги, а про зоопарки все забыли...

Для сравнения: во всем мире четыре тысячи зоопарков, из них в Америке — 256, в Германии — 232, в Японии — 212, в России — 32, а отвечает международным требованиям семь-девять. Это ненормально.

Например, московскому зоопарку в этом году выделили 800 миллионов на реконструкцию и 450 — на содержание, Красноярскому зоопарку — 156 миллионов, а Новосибирский зоопарк получает 9-10 миллионов, и так каждый год. Наверное, власти думают: раз Шило — дурак, сам справляется, еще и колхоз содержит на 600 коров, значит ничего ему не дадим.

— Какие сюрпризы еще готовит горожанам зоопарк?

— Три с половиной месяца никто не знал, что Шилка родилась. Только когда я увидел, что все нормально и можно говорить, мы сообщили эту новость. В нужное время мы все расскажем.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ:



Фото: предоставлено Новосибирским зоопарком, Sibnet.ru, zheka86
Обсуждение (6) Добавить комментарий Мой профиль
ОБСУЖДЕНИЕ (6)
0
Добавить комментарий